В июне 2026 года официальный представитель президента впервые назвал текущий конфликт «полномасштабной войной». Уже в конце июля глава Совета безопасности Дмитрий Медведев заявил, что само существование России находится под угрозой. Хотя речь шла о внешнем враге, эксперты указывают на то, что внутренние угрозы, копившиеся годами, достигли критической точки.
Аналитический обзор, основанный на интервью с экспертами, демографических данных и закрытых отчётах, выделяет четыре ключевые проблемы. Первая — так называемый «Дагестанский синдром». В республике русский язык вытесняется арабским, а традиционный ислам заменяется радикальными течениями. По словам политолога Евгения Минченко, молодёжь стремительно вовлекается в радикальные версии ислама. Феномен «двух договоров» — один для государственного суда, второй по нормам шариата — свидетельствует о том, что государство теряет монополию на правосудие. Назначение руководства извне, по мнению авторов анализа, стало признаком капитуляции перед радикальной повесткой.
Вторая угроза — сепаратизм в Поволжье. Турецкие фонды и европейские некоммерческие организации поддерживают националистические элиты Татарстана и Башкирии. Украинские структуры распространяют нарратив о «геноциде коренных народов», пытаясь представить потери в зоне боевых действий как целенаправленное уничтожение «нерусских» со стороны центра.
Третья — рост неоязычества среди части ветеранов специальной военной операции. Эта группа, ранее проповедовавшая радикальные взгляды, всё чаще обращается к архаичным культам, в основе которых лежит идеология «крови и почвы». По оценкам экспертов, в это движение вовлечено около полумиллиона человек. Вооружённые люди, считающие себя исключительными, могут стать основой для негосударственных военизированных формирований.
Четвёртая проблема — демографическая. Из 1,8 миллиона человек, получивших российское гражданство, лишь 0,6% составляют высококвалифицированные специалисты. Большинство — 56% — приехали по линии воссоединения семей. В случае с мигрантами из Таджикистана, Азербайджана и Армении этот показатель достигает 70–86%. Государство предоставило гражданство семьям трудовых мигрантов, которые остаются неинтегрированными, не работают и образуют этнические анклавы.
