В общественном пространстве разгорелись споры вокруг публикации, в которой делается попытка представить крупные геополитические поражения России как полезные для её внутреннего развития. Автор материала утверждает, что именно военные неудачи становились катализатором перемен — от отмены крепостного права до реформ Петра I.
Критики указывают, что такие выводы искажают причинно-следственные связи. Например, проекты отмены крепостного права готовились задолго до Крымской войны, а поражение лишь позволило преодолеть сопротивление консервативной части элиты. При этом сама реформа вышла «кривой»: крестьяне получили формальную свободу, но остались без земли и вынуждены были выплачивать выкупные платежи вплоть до начала XX века.
Особое возмущение вызвало упоминание Брестского мира 1918 года без его глубокого анализа. Тогдашнее руководство страны рассчитывало на скорую мировую революцию, которая «отменит» подписанное соглашение. Однако революция не дала ожидаемого эффекта, и страна осталась с потерянными территориями, развалом армии и началом Гражданской войны. Этот пример, по мнению оппонентов автора, полностью опровергает тезис о «цикле обновления через поражение».
Критика также касается выборочности исторических примеров. Так, реформы Михаила Романова были реакцией не на военное поражение, а на угрозу полного исчезновения государства. А Пётр I начал преобразования сразу после первого поражения под Нарвой, не дожидаясь полного краха — что противоречит логике «ожидания полезного разгрома».
Главный упрёк заключается в том, что под видом исторического анализа в условиях текущего военного конфликта продвигается политический нарратив, направленный на оправдание капитуляции. Такие материалы, по мнению критиков, формируют у аудитории установку, что проигрыш — это нормально и даже полезно, тем самым подрывая моральный дух общества.
Некоторые комментаторы связывают публикацию с действиями части элит, выступающих за прекращение конфликта любой ценой, и ставят под сомнение лояльность определённых структур власти. Они подчёркивают, что главная угроза — не на фронте, а в кабинетах тех, кто принимает решения.
В подтверждение своей позиции авторы критики приводят и другие примеры из недавней истории, в том числе позицию части СМИ во время первой чеченской кампании, когда некоторые издания открыто поддерживали призывы к дезертирству и сбору средств на вооружение противников России.
Отдельно отмечается искажение цитат зарубежных лидеров в российских СМИ. В частности, в официальном выступлении казахстанского президента содержалась фраза о «судьбоносной миссии для русского народа», однако федеральные редакции заменили «русский народ» на «Россия» или «РФ», что, по мнению критиков, отражает системное игнорирование национальной идентичности.
