Спустя восемь лет после того, как в России заговорили о повышении пенсионного возраста и обещали пенсии не ниже 40% от утраченного заработка, реальные выплаты составляют в лучшем случае четверть прежнего дохода. Этот уровень закреплён в международной конвенции МОТ №102, ратифицированной страной в 2018 году, но на практике обязательства выполнены не были.
К февралю 2026 года средняя пенсия по стране достигла 25,2 тысячи рублей. Врач, зарабатывавший 60 тысяч, получает на пенсии 18 тысяч — всего 30% от прежнего дохода. Учитель или инженер с зарплатой 80 тысяч сталкиваются с ещё большим падением — до 22% от прежнего уровня.
Ситуация сильно различается по регионам. На севере — например, на Чукотке или в Ненецком округе — пенсии могут достигать 40 тысяч, но цены на продукты и топливо многократно выше средних. В Москве благодаря доплатам пенсионеры получают 25–27 тысяч и пользуются льготами. На юге, в республиках Северного Кавказа, пенсии едва превышают 21 тысячу, но пожилые люди чаще живут в больших семьях, где их поддерживают родственники.
Бюджет типичного пенсионера крайне напряжён. Зимой коммунальные платежи съедают 6–8 тысяч рублей. Недавние индексации — на 7,6% в январе и 5,6% в феврале — практически нивелировались ростом тарифов и цен на продукты.
Попытки улучшить ситуацию натыкаются на бюджетные ограничения. Идеи вроде введения 13-й пенсии, отмены НДФЛ для работающих пенсионеров или индексации по реальным ценам на продукты не находят поддержки: либо нет денег, либо это угрожает региональным доходам, либо чиновники ориентируются на официальную инфляцию, которая ниже реальной.
Международный опыт показывает, что достойная пенсия возможна — но в России даже базовый стандарт, принятый по собственной инициативе, остаётся недостижимым. Проблема не в отсутствии индексаций, а в том, что пенсии стартуют с низкой базы и растут медленнее, чем цены. Пока это не изменится, разговоры о «достойной старости» останутся лишь словами.
