PeterburgMedia, 13 февраля. Женщина в возрасте старше 75 лет перестала навещать родных полтора года назад — не из гордости и не из обиды, а потому что поняла: её больше не ждут. Об этом она написала в эмоциональном рассказе, вызвавшем широкий отклик.
Последней каплей стал обычный воскресный обед у старшего сына. Она приехала заранее, взяла домашний пирог, нервничала как перед экзаменом. Но в квартире её словно не замечали: невестка кивала, не слушая, сын отвечал односложно, а внук спросил, зачем она принесла еду, если в магазине всё есть. «Красивая, живая картина. Только меня в ней не было», — написала она.
По дороге домой в такси она сравнила себя с бабушкой водителя, которую он помнит ежедневно, несмотря на то что та уже умерла. А её, живую, перестали видеть.
Она выделила три истины, которые открылись ей после 75 лет. Первая: любовь не равна присутствию. Вторая: её воспоминания стали «мемами» для молодых — их снимают на видео, но не слушают. Третья: энергия в этом возрасте — дефицитный ресурс, и тратить её на встречи, после которых чувствуешь опустошение, — неразумно.
Этим летом разговор с младшей сестрой всё расставил по местам. Обе ждали инициативы друг от друга, но боялись показаться обузой. Теперь они просто звонят друг другу — без напряжения и обязательств.
Автор перечислила новые правила жизни: больше не ездит туда, где ей наливают чай в последнюю очередь; отказалась от визитов «для галочки»; разрешила детям проявлять заботу, не воспринимая это как проявление немощи; и оставила рядом только тех, кто сам тянется к ней.
Она призналась, что не скажет вслух о страхе умереть в одиночестве или о боли, когда её вещи убирают в дальний шкаф. Но подчеркнула: «Я имею право не присутствовать там, где меня не ждут. Даже если меня любят».
Недавно невестка позвонила и сказала, что все спрашивали о ней на дне рождения внука. Но назвала лишь тех, кто её почти не знает. В конце добавила: «Я соскучилась». Женщина поверила — и теперь решает, приехать ли просто так, без повода, пирога и видеосъёмки, или ограничиться звонком.
«Раньше я думала, что главное в семье — быть рядом. Теперь знаю: главное — не врать себе, когда рядом быть больше не получается».